Несогласие как подарок

Одно из главных богатств моей жизни — друзья и старшие товарищи, с которыми можно спорить. После каждой такой встречи я уезжаю с новыми мыслями. Особенно ценю то, что никто из них не старается быть удобным собеседником. Если они считают, что я ошибаюсь, они говорят об этом прямо.

— Булат, ты ничего не понимаешь в этом деле. «У меня совершенно другой взгляд на образование», — сказал мне однажды мой друг Алексей.

Алексею около пятидесяти лет. Коренной москвич, талантливый математик, призёр городских школьных олимпиад. Но вместо науки он сразу пошёл в финансы.

— Отец сказал мне одну вещь, которую я запомнил на всю жизнь. Кто с чем работает, того этого всегда будет вдоволь. У строителя не будет проблем со стройматериалами, у токаря — с болтами и гайками. Поэтому иди в финансисты — тогда денег тоже будет достаточно.

В этой шутке, как это часто бывает, оказалась большая доля правды.

За свою жизнь Алексей руководил банками, создавал сеть автомастерских, инвестировал в ценные бумаги. Сегодня он финансовый директор и партнёр крупной девелоперской компании в Москве.

Его отличает невероятно живой ум. Он считает в уме быстрее калькулятора, мгновенно видит слабые места в любой сделке и постоянно учится чему-то новому. Я бы назвал его очень антихрупким человеком. Он не боится менять сферу деятельности и каждый новый опыт превращает в преимущество.

Однажды я спросил его, в чём секрет его переговоров.

— Быстрый счёт в уме. Пока другие достают калькулятор, переговоры для меня уже закончились.

И действительно, наблюдать за ним было настоящим удовольствием.

Подрядчик называет цену строительства.

— Хорошо, — отвечает Алексей. — А если мы зафиксируем стоимость арматуры на весь этап строительства и дадим вам дополнительную премию именно по этой позиции, сможете немного уступить по цементу?

Со стороны кажется, что разговор идёт о нескольких процентах по отдельным статьям сметы. Но Алексей уже мысленно пересчитывает всю экономику проекта. Он понимает, что небольшая уступка в одном месте снижает итоговую себестоимость строительства ещё на десятки долларов за квадратный метр.

Позже многие удивляются: — Как тебе удалось получить такую цену?

На самом деле никакой магии нет. За каждой такой «импровизацией» стоят часы подготовки, десятки просчитанных сценариев и умение очень быстро складывать всё в единую картину.

Поэтому, когда Алексей начинает рассуждать о воспитании детей или образовании, я всегда превращаюсь в благодарного слушателя. Обычно, когда я приезжаю в Москву, наши встречи продолжаются не меньше пяти часов. Мы спорим обо всём — от экономики до философии и воспитания.

Именно тогда он рассказал мне историю своей старшей дочери.

— Папа, наверное, я, как и мои одноклассники, поеду учиться в Англию?

Алексей ответил неожиданно.

— Если речь идёт об Оксфорде или Кембридже — прекрасно. Я не против. Но если это обычный университет, который в основном существует за счёт иностранных студентов, я не уверен, что это разумная инвестиция. Велика вероятность, что после окончания учёбы ты всё равно вернёшься в Россию, а мы потратим на обучение несколько сотен тысяч долларов. У меня к тебе есть более интересное предложение.

Он сделал паузу и добавил:

— Но сначала ты должна выполнить своё условие. Поступить в хороший отечественный вуз, например в Высшую школу экономики, на бюджет. Если государство оплатит твоё обучение, тогда и я выполню своё обещание.

Потом Алексей достал лист бумаги и начал считать.

— Деньги, которые мы потратили бы на обучение в Англии, мы используем иначе. Если потребуется — даже возьмём кредит. Мы купим небольшую коммерческую недвижимость. Я научу тебя вести переговоры с арендаторами, разговаривать с банком, разбираться в налогах и договорах. Пока твои однокурсники будут изучать экономику по учебникам, ты каждый день будешь применять её на практике. При этом у тебя будут оставаться деньги и на собственные нужды.

Он улыбнулся.

— К моменту окончания университета ты не только получишь диплом. Ты расплатишься с кредитом, если мы его возьмём, будешь получать собственный доход и станешь по-настоящему независимым взрослым человеком.

Меня поразило, что главным для него была вовсе не недвижимость. Недвижимость была лишь инструментом. Его настоящая цель заключалась в другом — как можно раньше сделать детей самостоятельными.

Есть у Алексея и ещё одна принципиальная позиция.

— Не отправляй детей далеко без крайней необходимости. Риск слишком велик. Они строят новую жизнь, создают семьи, и постепенно связь с родителями становится слабее. Мне важно, чтобы мои дети были рядом. Я вижу их почти каждую неделю. Это всегда было частью нашей культуры: дети продолжают семейное дело, рядом растут внуки, сохраняется связь поколений. И у вас в Казахстане есть замечательные университеты. Тот же Нархоз. Пусть дети впитывают не только знания, но и семейные ценности, находясь рядом с родителями.

Конечно, далеко не каждый согласится с такой точкой зрения. Да и жизнь у всех складывается по-разному.

Но есть ещё один принцип, с которым трудно спорить.

— Студенты должны работать. Все мои успешные друзья, включая тебя, начали работать, учась в вузе. Самое позднее — с третьего курса. Именно поэтому теория сразу превращалась в практику.

Со своими младшими детьми Алексей поступил похожим образом. Правда, времена изменились: процентные ставки стали слишком высокими, поэтому брать кредиты уже не имело смысла. Вместо этого он приобрёл коммерческую недвижимость на собственные средства, но поставил детям условие: они должны ежемесячно перечислять ему сумму, сопоставимую с платежом по льготному кредиту. Эти деньги дисциплинировали их и приучали к финансовой ответственности. Кроме того, Алексей требовал, чтобы часть свободных средств дети обязательно инвестировали. По его мнению, учиться управлять капиталом нужно не после сорока лет, а в девятнадцать.

Конечно, такой рецепт подходит далеко не каждой семье. Не у всех есть возможность купить ребёнку коммерческую недвижимость или помочь ему начать собственное дело.

Но меня заинтересовал не сам инструмент. Меня заинтересовал образ мышления.

Алексей рассматривает расходы на образование как инвестиционный проект. Он постоянно задаёт себе вопрос: какой актив останется у ребёнка через десять лет?

Диплом? Практический опыт? Источник дохода? Навык вести переговоры? Финансовая дисциплина? Или всё это вместе?

Я не во всём согласен с Алексеем. Мои собственные дети учатся за рубежом, и я считаю, что международный опыт способен дать молодому человеку очень многое. Но именно поэтому мне так дороги наши разговоры.

После каждой встречи с Алексеем я ещё сильнее убеждаюсь: в воспитании детей не существует универсальных рецептов. Но существует универсальный принцип — родители должны стремиться к тому, чтобы к окончанию университета их дети стали самостоятельными людьми. Каким путём к этому прийти — через обучение за рубежом, собственный бизнес, работу во время учёбы или семейное дело, — каждая семья решает сама.